Отцовство: путь восхождения

отецlСовременная психологическая наука растерянно наблюдает за стремительным исчезновением у молодого поколения желания родительства, угасанием в нем чувств отцовства и материнства. Статистика показывает, что 48% молодых семей не имеют детей. Одни из них лишились этой возможности вследствие первого аборта и использования женщинами контрацептивов, другие — по причине употребления мужчинами пива в пубертатный период и тому подобное. Однако подавляющее большинство молодых семей сознательно не хотят иметь детей по разным рационально обоснованным причинам. Не обходится и без взаимных претензий: мужчины, мол, у нас стали какими-то инфантильными, незрелыми, безответственными, а женщины — агрессивными, эгоистичными и легкомысленными. При этих социальных тенденциях особенно парадоксальным выглядит моральное восприятие нашим обществом деструктивного родительства: девиантное материнство возмущает нас и вызывает праведный гнев, а отказ от отцовства становится чуть ли не нормативным образом и реальным стилем поведения молодых мужчин-отцов. Конечно, осуждения матери, бросившей, оставившей или убившей своего ребенка, правомерны. Но где отец ребенка? Почему он не воспрепятствовал преступлению? И что является первопричиной: девиантное материнство или деструктивное отцовство?

В традициях нашей православной культуры достоинство отцовства имеет особый статус. Его вершиной является содержательно-личностное поименование русским народом отношения к своему государству — ОТЕЧЕСТВУ, собранному, защищенному и прославленному трудами и подвигами наших отцов, а также отцами наших отцов, дедами и прадедами. Основание же величия отцовства начинается с принадлежности каждого человека к роду своего отца, родителя, того мужчины, который дал нам жизнь, растил, воспитывал, защищал и вразумлял, — наставлял нас на собственный путь истины и правды. Мы носим его фамилию, отчество, имеем черты его лица или свойства характера. Его присутствие в нашем детстве дарило нам нежность и поддержку, покровительство и уверенность, радость и теплоту. С годами понимание значимости отца в нашей жизни, чувство любви и благодарности к нему возрастает… Но многие ли из современных подростков могут с этим согласиться?

Деструктивное отцовство и безотцовщина остро обозначились в последнее время как общегосударственная проблема, как пронзительная боль множества российских семей. Что же случилось с нами, с обществом в целом? Как произошла эта метаморфоза, это превращение ГЛАВЫ и ПОКРОВИТЕЛЯ СЕМЬИ во всевозможные варианты собственной противоположности: от иждивенца и беглеца-алиментщика до яростного противника рождения собственного потомства? Может быть, всему виной материально-экономические трудности? Возможно. Но когда их не было? И как, в таком случае, объяснить тот факт, что и в материально благополучных семьях неблагополучное отцовство (или его отсутствие) — часто встречающееся явление?
Детей, лишившихся своих отцов-кормильцев, было достаточно и в прежние времена: войны всегда уносили жизни, по большей части, именно мужской части населения. Однако, «безотцовщины» как массового социально-психологического явления не было. Потеря отца — это сиротство, но не «безотцовщина». Разница заключается в том, что прежде дети росли в основном в больших крепких семьях, входили в церковную общину и потому-то, при лишении родителя, всегда имели отцовскую заботу в лице своих ближайших родственников, дедов, дядьев, духовных наставников и крестных. Хотя боль утраты отца была невосполнимой, в сердце ребенка о нем сохранялось доброе воспоминание, гордость и благодарность за ратный подвиг. Мать-вдова всегда обращалась к памяти отца как к серьезному аргументу в духовных наставлениях или моральных увещеваниях своих чад. Это была особая, метафизическая помощь мужа в деле воспитания осиротевших детей. Образ отца включался в воспитательную систему семьи как нравственный идеал, перед которым и мать, и дети несут личную ответственность.

Несомненно, такое почитание отца возможно только в такой культурной традиции, где высокий статус главы семьи реально поддерживался повседневным укладом жизни народа, всеми нравственно-этическими идеалами государства и общества. Тогда социальная значимость статуса отцовства определяется не идеологическими лозунгами или «слоганами», но имеет религиозно-нравственную природу. Это исходит из постижения духовных и психологических основ существования человеческого рода: законов построения устойчивой семьи, особенностей воспитания детей и становления личностной зрелости мужчины.

На сегодняшний день уже известны результаты либерально-атеистических экспериментов реформаторов-социалистов в семейной политике: ее объявляли «пережитком буржуазного общества»; отношения мужа и жены дезориентировали идеями эмансипации и феминизации; преемственность поколений разрушали изнутри идеологическим противопоставлением тра- диций жизни отцов и детей. Патриархальное воспитание было гневно осуждено и отвергнуто, вместо него провозглашалось воспитание «нового человека», не обремененного религиозными принципами бытия. Заметим при этом, что отцовство воспринималось лишь как биологическое участие мужчины в зачатии ребенка, а все родительские права закрепляли первенство воспитания детей за матерью и оставляли родителю-мужчине обязанность материального вспоможения родительнице. При такой формуле социальных отношений уже не женщина является помощницей своего супруга, отца-кормильца, но мужчина вынужден быть работником у своей жены. Произошло разрушение собственно человеческих законов отцовства и материнства. Их уподобили животным принципам инстинктивного поведения. Материально видимая сторона родительства (материнство) поддерживалась, а духовно-невидимая (отцовство) — уничтожалась. Все это и привело к печальным последствиям, наблюдаемым в настоящее время: статус отцовства в мужчине осмеян и подавлен, а сексуальная распущенность и безответственность — высвобождены и оправданы всевозможными теориями социал-дарвинизма. Еще и века не прошло со времен разрушения православных традиций жизни российского общества, а вот уже на протяжении нескольких десятилетий значительная часть женщин воспитывает детей без отца, дети растут в неполных семьях, а мужчины-отцы, убежав от родительства, теряют себя, не зная, как обрести личностную зрелость и смысл самобытия. Мужчина перестал быть опорой семьи. Заданное извне разрушение авторитета главы семьи стало причиной запуска внутреннего психологического механизма отказа мужчины от отцовства.

Сейчас для нас уже стал очевидным тот факт, что ни карьерный рост, ни престиж, ни сексуальные успехи, ни деньги не дают мужчине ЧУВСТВА ДУШЕВНОЙ РАДОСТИ — ведь это все предметы материального, физического мира. А переживание самой жизни, экзистенции, ощущение полноты самобытия, чувства собственного достоинства — категории духовной реальности. И достижение их возможно только духовными средствами, важнейшим из которых для мужчины является отцовство. Отцовство изменяет сознание. В отцовстве мужчина слышит гармонию любви женщины к себе и наполняет настоящим смыслом любовь к этой женщине, матери ребенка. С рождением своих детей мужчина всякий раз удваивает самого себя! Переживает чудо умножения, сотворения жизни! Теперь он может смотреть и наблюдать «за собой» со стороны. За собой или за новой, но своей жизнью? «Теперь я могу общаться с родным существом, в котором есть и часть меня!» С рождением своего дитя навсегда он, ОТЕЦ, будет средоточием нерасторжимой, непрестанной то восторженной, то почтительной, то заботливой любви собственного ребенка. Отцовство призывает мужчину к реализации в самом себе всего лучшего, что даровано ему от рождения и воспитания. КАЖДОМУ МУЖЧИНЕ дано быть единственным и неповторимым для своих детей. Отец для ребенка олицетворение верховной власти, одухотворенной любви, заботы и нежности. От момента рождения любовь ребенка к отцу — непереставаема, она имеет начало, но простирается в бесконечность молитвенной памяти о нем во веки веков. Здесь начало ВОСХОЖДЕНИЯ МУЖЧИНЫ К СОБСТВЕННОЙ ЗРЕЛОСТИ. Мужчина-отец укрепляет свои жизненные силы: теперь нельзя быть слабым и ленивым, болтливым и бездеятельным, потому что очень беззащитное существо — маленький ребенок — нуждается в его помощи, его заботе, его защите. Да и когда дети вырастают, им нужен и строгий отцовский наказ, и совет, и поддержка, и одобрение. Без этого ни один человек не вырастает смелым, решительным, нравственным и целе- устремленным.

Отцовство дает пережить мужчине историческую неразрывность со своим родом, включает его в духовную цепь поколений, открывает смысл жертвенного сыновства, благородного патриотизма, верного служения Родине и Богу: защищать можно только свое, родное, то, что дороже собственной жизни.
Даже чувство собственного достоинства мужчина в полноте обретает только с созданием СВОЕЙ СЕМЬИ, где он, и никто другой — глава, духовный центр, корень и основание жизни своего потомства. Он ответственен не только за себя, но и за своих. Тут уж «не до глупостей», не до разгула и безобразий! А без семьи мужчина легко может оказаться размазней, потакающим своим мелким страстишкам и гедонистическим наклонностям. Взросления личности может и не состояться.

Но что слышит сегодня молодой человек от своих близких людей и чаще всего от матери? «Для семьи нужно созреть», «Необходимо сначала сделать карьеру», «Надо создать материальную базу, а уж потом…». Но «потом», к сожалению, часто так и не наступает. Юноша приучается гулять, пить, «жить для себя» и… теряет себя. Что и говорить, мы живем далеко не в патриархальном укладе, когда жених и невеста были действительно молодыми людьми (18-20лет) и начинали они совместно жить в родительской семье, а уж потом строили свой дом, заводили хозяйство. Люди, живя вместе, умели ладить. Экономический уровень жизни не был ориентирован на излишества «потребительских запросов». Жизнь свою молодые родители строили на принципе необходимого достатка, в совместном приращении своего богатства — Богом данного добра («жили-поживали и добра наживали»), рожали и растили детей, приучали их переносить жизненные трудности, не желать лишнего, не завидовать, радоваться тому, что есть. Потому и вырастали нравственные богатыри русского духа — наши святые соотечественники.

Многое сейчас изменилось. Много препятствий на пути к родительству стоит у современных молодых людей. Но необходимо помнить, что чувство отцовства не психовозрастная находка, оно формируется с рождением и воспитанием собственных детей, и, чем их больше, тем большего уважения и значимости удостаивается мужчина. Количество «поднятых на ноги» им детей и есть показатель его крепости, его выносливости, его жизненной и духовной устойчивости. Это же нонсенс, будто высокий уровень жизни автоматически поднимет рождаемость в нашей стране. Высокий материальный достаток не является обязательным условием возникновения желания отцовства, без которого и материнство состояться не может. В социально-психо-логических тенденциях развития общества последовательность именно такая: готовность к отцовству мужчины является условием готовности к материнству женщины. В отдельно взятых случаях может быть и по-другому, но постепенно, и мы тому свидетели, сдвиги в общественном сознании меняются именно в таком направлении. Разве мало известно примеров того, что именно мужчины прямо или косвенно толкают своих возлюбленных, жен, сожительниц на аборты? Сколько раз мы слышали истории о том, как мужья-отцы бросают своих жен и детей во время сложного периода беременности или вскармливания? А дети-инвалиды? Они оставляются чаще отцами, чем матерями, хотя и последнее стало нередким явлением. И, тем более, мы исключаем рассмотрение маргинальных ситуаций (беспорядочный блуд, инцест, изнасилование) — это пограничные с болезнью состояния психики и духовности человека.

Перед угрозой разрушения традиционных основ российской семьи нам необходимо всеми возможными силами поддержать стремление к отцовству в современном юношестве. Ведь позитивное отцовство неминуемо умножит в нашем обществе число зрелых мужчин, заботящихся о воспитании своих детей. Родительские чувства активизируют в молодых людях творческую энергию, раскроют в наибольшей полноте и целостности их способности и таланты.
Лично пережитое отцовство, согретое радостью материнства, послужит основанием благополучного родительства супругов, одухотворит мужскую интуицию в постижении жизненных смыслов и своего предназначения на земле, придаст мудрость и благородство в добром воспитании новых поколений россиян.

Источник

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *